ЛГБТ (лесбиянки, геи, бисексуалы/-ки, трансгендеры)

Почему эта группа уязвима?

  • Многие представители ЛГБТ-сообщества подвержены рискам, существующим вне пандемии:
    — риск насилия, дискриминации, преследования, в т.ч. со стороны властей;
    — риск нарушения трудовых прав;
    — риск нарушения права на получение медицинской помощи;
    — нестабильное экономическое положение;
    — необходимость получать антиретровирусную терапию для ЛГБТ-людей с позитивным ВИЧ-статусом.

Какие риски появились у группы во время пандемии?

1. Экономические риски

  • Потеря источника дохода и жилья.

    Ситуация с [нарушенными] трудовыми правами, с безработицей и потерей жилья уже реальна.

2. Риски неадекватного медицинского обслуживания

  • Риски неполучения медицинской помощи ЛГБТ-людьми с ВИЧ-позитивным статусом.

    В регионах регулярно не хватает средств терапии. Сейчас нужно до этого «СПИД-Центра» доехать. Бывают ситуации, что такие «СПИД-Центры» просто не работают на фоне всех «каникул».

3. Риски возрастания случаев насилия, в т.ч. домашнего

  • В режиме самоизоляции значительно повышается риск аутинга (разглашения статуса) и насилия со стороны родственников ЛГБТ персон.

    Возрастает угроза т.н. аутингов (разоблачений) незапланированных, когда родители или другие люди, которые живут вместе с ними, могут узнать об их сексуальной ориентации или гендерной идентичности и неадекватно на это отреагировать. Другой вопрос: даже в тех семьях, где знают о сексуальной ориентации или гендерной идентичности своих родственников, далеко не все относятся к этому положительно… Если семья неблагополучная — не важно, какая, в условиях всеобщего «сидения», конечно, вероятность конфликтов увеличивается. Если для государства, в частности для полиции, тема домашнего насилия касается отношений мужа и жены (…), то как раз тема гомофобного или трансфобного насилия в семье совершенно для наших властей не легитимна. Сами ЛГБТ-люди далеко не всегда уверены (точнее, как правило, не уверены вовсе), что полиция отреагирует адекватно и действительно будет защищать жертв домашнего насилия.

  • Многие ЛГБТ-люди не обращаются в правоохранительные органы из-за страха насилия со стороны полицейских и из-за того, что имеют неопределенное положение как субъект права в законодательства о домашнем насилии.

    В 90% случаев ЛГБТ-люди, подвергшиеся насилию, вообще не обращаются в полицию, потому что они не верят, что их там защитят, и боятся, что еще только усугубят их проблемы. А в тех случаях, когда люди обращаются, пожалуй, в 2/3 случаев это ничем не заканчивается под разными предлогами. Дела либо не возбуждаются, заявления не принимаются, либо дела возбуждаются, но тут же закрываются, и т.д. Потому что для МВД, для Следственного комитета такой проблемы не существует. И нам это неоднократно заявляли сотрудники МВД и СК. Они не хотят это расследовать.

  • В условиях карантина передвижение внутри и между субъектами РФ затруднено, что усложняет дистанцирование от агрессора, и затрудняет обращение за помощью.

    Естественно, что если к нам человек обращается, ему или ей нужна юридическая помощь, то ее можно получить. Но опять-таки, если у человека в принципе есть возможность в безопасной обстановке отправить нам сообщение и позвонить на горячую линию. Если вы сидите дома вместе с гомофобными или трансфобными родственниками, которые пытаются вас контролировать, особенно если вам меньше 18 лет, то это может быть сложно.

4. Другие риски

  • Риск преследования со стороны властей, нарушения прав и неполучения необходимой юридической помощи.

    Это отдельная тема, потому что границы закрыты. И сейчас под предлогом карантинных мер проводятся облавы. У нас есть сообщения о том, что людей, в том числе из-за их сексуальной ориентации, задерживают. Это не массово, но у нас есть два сообщения — два человека, которые общаются с нами прямо сейчас. И если раньше мы могли в таких тяжелых ситуациях эвакуировать их оттуда и предоставить поддержку…, то сегодня мы такой возможности лишены. И мы не можем туда даже адвоката отправить. А местные адвокаты, как правило, отказываются защищать [таких] людей.

  • Риск психологической изоляции.

    У ЛГБТ-людей проблема с сидением дома имеет свою специфику, потому что далеко не все лесбиянки, геи, бисексуалы или трансгендерные люди открыты перед своими близкими. И если раньше они могли каким-то образом общаться с представителями своих сообществ за пределами дома — встречаться где-то, сидеть где-нибудь в кафе… и общаться, то сейчас они сидят дома. Они лишены этой возможности общения.

Как государство может помочь?

1. Расследование дел о преследовании ЛГБТ-людьми.

Первое, что нужно делать, — это начать расследовать преступления на почве гомофобии и трансфобии, преступления на почве ненависти.

2. Обучение сотрудников государственных органов толерантному обращению.

Нужно начинать обучение полицейских, врачей, социальных работников толерантности, объяснения того, с какими проблемами сталкиваются ЛГБТ-люди. Обучение специфике помощи ЛГБТ-людям, как правовой и юридической помощи, так и психологической, медицинской и т.д. Сейчас это все делается пока исключительно на общественных началах. Государство в этом никакого участия не принимает, а должно было бы принимать.

3. Поддержка НКО, в т.ч. финансовая. Пересмотр законодательных ограничений, направленных на преследование ЛГБТ-людей и НКО, работающих с ними.

Нужно убрать существующие препятствия для деятельности ЛГБТ-активистов. Т.е. мало того, что у нас ряд организаций (в том числе наша) являются иностранными агентами и находятся под очень пристальным вниманием властей, так еще и отдельных активистов и активисток преследуют. Если раньше их пугали этим законом о пропаганде, то теперь против них пытаются возбуждать и более серьезные уголовные дела, например за распространение порнографии.

4. Защита трудовых прав ЛГБТ-людей.

К нам уже поступают обращения о том, что их действительно увольняют, и многие из них вместе с работой теряют и жилье.

5. Признание существования в России дискриминации по признакам сексуальной ориентации и гендерной идентичности и принятие специальных мер по ее преодолению.

6. Устранение стигматизации и дискриминации при выезде скорой помощи и при оказании медицинских услуг.

7. Психологическая поддержка.

Как общество может помочь?

1. Сотрудничество различных организаций, работающих с ЛГБТ-людьми.

Консолидация и сотрудничество очень желательны. Например, перенаправлять к нам людей, которые, может быть, обращаются в другие организации… Или, по крайней мере, обращаться к нам за консультациями. Т.е. мы сможем понять, насколько серьезно положение, и какая именно помощь здесь действительно будет актуальной.

2. Развитие онлайн-форматов оказания помощи ЛГБТ-людям.

Закрываются коммьюнити-центры. Естественно, они не могут никого принять. Они тоже переходят в режим онлайн, и нужно понять онлайн-форматы оказания помощи. Сейчас все организации с этим сталкиваются, и мы тоже.

3. Сбор средств для оплаты потребностей уязвимых групп через НКО.

Как государство и общество могут помочь совместно?

1. Обеспечение жильем за счет экстренного социального найма площадей в хостелах, гостиницах и т.п.

2. Развитие служб специализированной помощи ЛГБТ-людям.

Очень важно, чтобы те юристы, которые сейчас [работают], юристы-волонтеры, которые оказывают социальную помощь, понимали специфику ситуации ЛГБТ-людей в условиях кризиса, и эту специфику в своей работе учитывали.

3. Обучение сотрудников НКО и волонтеров толерантному общению.

Да, [важно,] чтобы люди понимали (консультирующие психологи, консультирующие юристы), с какими специфическими трудностями сталкиваются именно ЛГБТ-люди. Я привел пример домашнего насилия. Здесь есть свои особенности, которые нужно учитывать.

Что делать представителям группы?

1. Обращение в ЛГБТ-организации, использование их психологических, юридических и других сервисов.

У нас есть юристы. У нас есть психологи. И сейчас мы тоже увеличиваем, стараемся увеличить объем работы консультирующих специалистов.

2. Защита собственных трудовых прав и прав на медицинское обслуживание посредством институтов общественного контроля, например, института уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге.

Помогите нам — примите участие в мониторинге мер, облегчающих положение особо уязвимых групп

Подпишитесь под открытым письмом Общероссийского гражданского форума к властям